Некоторые страны ЕС недостаточно информируют собственное население об угрозах, связанных с инструментализацией религии иностранной политикой, и такой ситуацией охотно пользуются российские спецслужбы.

Такое мнение высказал д-р Павел Врублевский, руководитель Лаборатории прогностических исследований религиозных трансформаций Вроцлавского университета (Польша) в интервью изданию Risu. 

Он отмечает, что в инструментализации религии Москва прибегает к своим классическим приемам.

«С точки зрения социальной психологии, российское влияние редко действует через одноразовую пропаганду, а чаще через механизм нормализации: постепенное смещение пределов того, что считается приемлемым («это только молитва», «это только традиция», «это только другая точка зрения»), вплоть до момента, когда группа начинает защищать решения, выгодные для агрессора, как будто бы. Здесь используются известные инструменты влияния: сакральный и институциональный авторитет, давление конформизма, социальная потребность в сплоченности и плавное переосмысление идентичности («мы не как граждане государства, а как настоящие верующие против испорченного мира»). В результате возникает явление смещенной нормы: то, что еще вчера было неприемлемым, сегодня считается «умным компромиссом». Это классический прием Москвы», – отмечает Врублевский.

Он считает, что для противостояния манипуляциям РФ необходим обмен опытом между странами.

«Если граждане не понимают, что такое инструментализация религии иностранной политикой, они будут реагировать инстинктивно — в убеждении, что религия является «частным делом», поэтому ее критика является «дискриминацией», что облегчает агрессору перевернуть роли и повлечь моральную дезориентацию. Отсутствие сознательной публичной дискуссии создает серую зону — пространство без когнитивной устойчивости, в котором легко запускаются поляризация, теория заговора, механизм «мы против них» и постепенное увлечение повестки дня.

Это незанятое пространство не является нейтральным. Оно является приглашением для российских служб и их посредников – это идеальная среда: можно мягко, без затрат, под прикрытием пастырства, традиций, заботы об этнических меньшинствах или религиозной свободе терпеливо делать свое дело: вербовать, связывать интересами, менять приоритеты группы и строить длинный рычаг влияния. Чаще всего это происходит не из-за реализации гениального плана, а из-за банальной человеческой склонности подчиняться авторитету, искать принадлежности и избегать конфликтов – то есть из-за того, что в нормальном обществе является положительным связующим звеном общества, а в условиях информационной войны становится слабым местом», — отмечает ученый.