Историк Эдвардс Селишка — о визите Вселенского Патриарха Варфоломея, спорных вопросах юрисдикции и будущем религиозного диалога в Балтии
В ближайшее время Латвию посетит Вселенский Патриарх Варфоломей. На первый взгляд, это исключительно церковное событие, однако за ним стоит целый ряд тем, затрагивающих историческую память, политику, межконфессиональный диалог и саму идентичность православия в Латвии. Латвийский историк, теолог, лектор Латвийского университета, бывший сотрудник Министерства иностранных дел и Министерства обороны Латвии Эдвардс Селишка дал эксклюзивное интервью Libertas Fidei, рассказав о многосторонней важности данного визита и перспективах для религиозной жизни страны.
«Патриарх своим визитом напоминает: православие не равно Москва»
— Господин Селишка, что для Латвии означает приезд Вселенского Патриарха Варфоломея?
— Этот визит имеет несомненно большое значение. Даже если в первый момент это может не ощущаться, он важен сразу по нескольким причинам.
Во-первых, в Латвии православие очень часто воспринимается исключительно как вера, связанная с Россией и Московским государством. И при этом упускается из виду, что у православия есть иные корни: значение Киевской Руси, более широкий исторический контекст. В академических кругах это очевидно, но в массовом восприятии — нет. Приезд Варфоломея напоминает об этом.
Во-вторых, визит ставит вопрос: где в этой системе находится и должна находиться Православная Церковь Латвии? Сегодня она подчинена Москве. Но исторически всё было иначе: с 1936-го по 1940-й годы Латвийская Церковь перешла под Константинополь. Это произошло вскоре после трагической гибели митрополита Иоанна, убитого в 1934 году, по предположениям, агентами НКВД.
После советской оккупации церковь вновь оказалась под Москвой и так оставалось до наших дней. Уже в 2000-х всё чаще задают вопрос: почему Латвийская Церковь до сих пор сохраняет столь тесные связи с Москвой, особенно на фоне враждебной политики России по отношению к Латвии? Для большинства латышей ответ очевиден: ситуация должна измениться.
Присутствие Москвы в церковной жизни подпитывает ложное мировоззрение, что православие и Москва — одно и то же. Особенно если учитывать сегодняшнюю Россию с её политическим режимом. Поэтому визит Варфоломея способен вновь оживить дискуссию о будущем Латвийской Православной Церкви.
«Латвия рассматривает визит как событие государственного уровня»
— А сам приезд — это инициатива Патриарха или приглашение из Латвии? И насколько важно, что он встретится не только с духовенством, но и с руководством страны?
— Конечно, Латвия не стала бы первой страной, куда Варфоломей отправился в поездку. Но местные обстоятельства сделали визит актуальным.
Речь идёт именно о внутреннем контексте: статусе Латвийской Православной Церкви и дискуссии вокруг её канонической принадлежности. На этом фоне приезд Вселенского Патриарха выглядит логичным шагом.
Важно и то, что в программе визита — встречи с президентом, премьер-министром и спикером парламента. Это подчёркивает: визит воспринимается как событие государственного уровня, а не только церковное.
«Визит — это и политика, и история, и религия»
— Почему же только сейчас, впервые, Варфоломей приезжает в Латвию?
— Во многом инициатива исходила от латвийской стороны. Наши политики заинтересованы в том, чтобы продолжать дискуссию о статусе Православной Церкви в Латвии.
Есть и более широкий контекст. Визит воспринимается как шаг солидарности со странами региона в их стремлении к независимости от Москвы — и в политическом, и в духовном смысле.
Таким образом, событие имеет несколько уровней: исторический, внутриполитический и внешнеполитический. Это одновременно знак поддержки и способ напомнить: православие не должно быть связано с одним центром власти.
«Вопрос церковной юрисдикции остаётся открытым»
— В Латвийской Православной Церкви до сих пор не решён вопрос канонической юрисдикции. Может ли визит Вселенского Патриарха способствовать его разрешению?
— Вопрос действительно остаётся нерешённым. Как я уже упоминал, с 1936-го по 1940-й год Латвийская Православная Церковь находилась под Константинополем. После советской оккупации она вернулась под Москву, и так продолжается до сих пор.
Чтобы понять нынешнюю ситуацию, нужно учитывать и общую политическую картину среди русскоязычного населения Латвии. Там есть разные группы: убеждённые сторонники Москвы, те, кто решительно против войны и режима, и так называемая «середина», пытающаяся удержать баланс. Все они так или иначе связаны с православием, и это влияет на положение самой церкви.
В 2023 году латвийский парламент принял закон, признающий Латвийскую Православную Церковь независимой от Москвы. Но это лишь административная мера. Канонические вопросы парламент решать не может — они находятся исключительно в ведении самой церкви.
Поэтому ситуация выглядит парадоксально: с точки зрения государства Латвийская Православная Церковь независима, но с точки зрения канонического права остаётся под Москвой. Именно визит Варфоломея может стать символическим и практическим шагом, который подтолкнёт церковь к дискуссии о собственном будущем.
«Экуменический диалог в Латвии имеет давние традиции»
— Варфоломей известен своей поддержкой религиозной свободы и межконфессионального диалога. Что это может означать для Латвии?
— Традиция экуменического сотрудничества в Латвии сильна. Она берёт начало ещё в конце 1980-х годов, когда церкви поддерживали борьбу за восстановление независимости. Лютеране, католики, православные, баптисты объединяли усилия ради общей цели.
Есть и практика совместных богослужений по важным случаям — например, на День независимости 18 ноября. Это показывает: диалог возможен.
Визит Варфоломея способен вдохнуть в этот процесс новую жизнь. Сегодня, в условиях войны и агрессивной риторики Москвы, особенно важно сохранить открытость и способность к диалогу. Патриарх своим примером показывает: церковь должна быть голосом любви к ближнему, осуждать агрессию и грех, но при этом оставаться открытой для общения и взаимопонимания.
«Плоды проявятся со временем»
— Как визит может повлиять на религиозную жизнь Латвии в долгосрочной перспективе?
— Сам по себе визит — это только начало. Если за ним последует активная работа, то первые результаты можно будет почувствовать через 10 лет.
Речь идёт и о развитии межконфессионального диалога, и о внутреннем переосмыслении роли Православной Церкви. Ведь Латвия остаётся страной, где общество во многом разделено, а неверное понимание веры часто подпитывает политические мировоззрения.
Но для того чтобы изменения произошли, нужно начинать. Этот визит — хорошее начало.
«Балтия — уникальное пространство для диалога»
— Почему именно сегодня Балтийский регион становится важным в контексте православия и межконфессионального диалога?
— Балтия уникальна. Это, по сути, последнее место в постсоветском пространстве, где возможен настоящий диалог между русскими и другими общинами в условиях демократического государства.
Здесь ещё сохраняется знание русского языка, здесь есть непосредственное понимание процессов, происходящих в России, ведь мы граничим с ней и вынуждены учитывать её агрессивную риторику и действия.
В то же время у нас — демократическая система, что позволяет вести разговор в нормальной атмосфере. В других регионах это сделать куда сложнее: в Западной Европе Россия слишком далека, в Средней Азии и на Кавказе свои приоритеты и конфликты.
Поэтому Балтия становится уникальной площадкой для обсуждения того, что такое православие и как оно должно развиваться. И визит Варфоломея в Латвию имеет большой потенциал: он показывает, что православие — это не монополия Москвы. Это начало большого пути, за которым должна следовать серьёзная работа.
