Апелляционная палата Кишинёва вынесла судебное решение, которым дается право для независимой от Московского патриархата Бессарабской митрополии, оспаривать закрепленную за Молдавской митрополией Русской православной церкви прерогативу на монопольное пользование более чем 800 историческими храмами Молдовы.
Это решение стало ударом по позициям РПЦ в стране, где влияние Москвы стремительно сокращается на фоне российской военной агрессии против Украины и курса Кишинёва на интеграцию в ЕС.

Суд в Молдове поставил под вопрос права структур РПЦ на сотни храмов

25 ноября Апелляционная палата Кишинёва рассмотрела судебный спор между Бессарабской митрополией и Агентством земельных отношений и кадастра Молдовы. Поводом стала имущественная проблема, касающаяся храма Святых архангелов Михаила и Гавриила, религиозная община которого ранее инициативно вышла из Молдавской митрополии РПЦ и перешла в юрисдикцию Бессарабской митрополии. Настоятель новой общины обратился в кадастровое агентство с требованием аннулировать право Молдавской митрополии РПЦ пользования храмом, поскольку фактически в нем удовлетворяют религиозные потребности верующие Бессарабской митрополии.

В предъявленном кадастровому агентству заявлении священник ссылался на решение той же Апелляционной палаты от июня 2023 года, которая признала недействительным договор безвозмездного пользования, заключенный в 2003 году между Министерством культуры и Молдавской митрополией РПЦ, согласно которому упомянутая структура Московского патриархата имела в бессрочном  пользовании более 800 храмов и монастырей со статусом памятников культуры.

Однако, кадастровое агентство отказалось аннулировать запись в реестре недвижимости, заявив, что для этого необходимо согласие Молдавской митрополии РПЦ. Апелляционная палата сочла такую позицию незаконной и «абсурдной»: суд указал, что любое заинтересованное лицо может требовать исключения записи из реестра недвижимости, если она основана на документе, признанном недействительным или утратившим силу.

Юрист Бессарабской митрополии Юлиан Русановски отмечает, что юридический спор о праве пользования историческими храмами идёт уже более 12 лет, прошёл несколько стадий и восемь раз доходил до Высшей судебной палаты. Теперь в распоряжении Бессарабской митрополии есть судебный прецедент, позволяющий оспаривать права Молдавской митрополии РПЦ на многочисленные культовые сооружения.

Кто стоит по разные стороны церковного спора в Молдове. 

Чтобы понять, почему судебное решение имеет такой вес, важно осознавать, какие именно религиозные структуры претендуют на имущественные права:

Молдавская митрополия РПЦ (полное название — Митрополия Кишинёва и всея Молдовы Московского патриархата):

• структура Русской православной церкви, подчиненная патриарху Московскому Кириллу Гундяеву и наделенная формальными правами автономии;
• крупнейшая православная структура страны по числу общин, традиционно воспринимаемая частью молдавского общества (в частности – в пророссийском квазигосударственном формировании “Приднестровская народная республика”),  как «национальная»;
• в публичной дискуссии её нередко рассматривают как канал влияния Москвы в Молдове: из-за пророссийской риторики о «традиционных ценностях», а также вмешательства во внутреннюю политику в интересах Кремля.

Бессарабская митрополия:

• независимая от Москвы православная структура, которая в настоящее время не имеет полной автокефалии, но на правах широкой автономии канонически относится к Румынской православной церкви. Бессарабская митрополия ведет диалог с Вселенским патриархатом о получении автокефалии каноническим путем;
• де-юре была легализована в Молдове после решения Европейского суда по правам человека по делу «Бессарабская митрополия и другие против Молдовы», где отказ в регистрации признали нарушением свободы вероисповедания;
• за последние годы заметно растёт и укрепляет позиции за счёт религиозных общин, которые инициативно переходят в ее состав из Молдавской митрополии РПЦ 

Таким образом, конфликт касается не только имущественных прав на культовые сооружения, но и более глубокого вопроса: какая модель исторической и культурной идентичности — «русско-православная» или «европейско-православная»  будет закреплена за ключевыми памятниками религиозной архитектуры Республики Молдова.

Как политическая ситуация ускорила смену юрисдикции религиозных общин, ранее принадлежавших структурам РПЦ

Решение суда в пользу проевропейской Бессарабской митрополии, также является следствием реакции молдавского общества на российскую военную агрессию против Украины.

Очевидно, что молдавская общественность и власть принимают во внимание тот факт, что Русская православная церковь не только не дистанцировалась от войны, но и в ряде случаев фактически поддержала её: Патриарх Кирилл, называя российское вторжение в Украину «священной войной» и говоря о «метафизическом смысле» происходящего, легитимизировал агрессию на религиозном языке, и его заявления в негативном ракурсе цитировались международными медиа и правозащитными организациями.

На этом фоне ситуация развивалась последовательно и напряжённо. Десятки религиозных общин в Молдове объявили о переходе из Молдавской митрополии РПЦ в Бессарабскую митрополию. Руководство Молдавской митрополии РПЦ реагировало жёстко — лишало сана и запрещало в служении священников, перешедших в Бессарабскую митрополию. Митрополит Молдовы Московского патриархата Владимир Кантарян публично призывал перешедших клириков «покаяться и вернуться в лоно Церкви».

При этом Бессарабская митрополия, напротив, подчёркивала, что рассматривает перешедших священников как канонических клириков и полноправных служителей.

Параллельно с переходом десятков приходов из юрисдикции Молдавской митрополии РПЦ в состав Бессарабской митрополии, власти страны стали высказываться всё более открыто. Представители государства связывают усиление позиций Бессарабской митрополии и сокращение числа приходов, подконтрольных Русской православной церкви, с политическим выбором страны в пользу Европейского союза и стремлением дистанцироваться от российского влияния. На фоне президентских выборов 2024 года и парламентских выборов 2025 года усилилась обеспокоенность тем, что церковные структуры могут использоваться как инструмент вмешательства в электоральные процессы: в СМИ и отчётах властей говорится о том, что часть священников, связанных с Москвой, участвовала в предвыборной агитации, распространяла антиевропейские послания и призывы, направленные против проевропейских сил. 

Данная ситуация усилила восприятие смены церковной юрисдикции в Молдове не просто как религиозного, но как часть геополитического и общественно-политического конфликта: переход религиозных общин в Бессарабскую митрополию рассматривается многими экспертами, прежде всего в самой Молдове, как цивилизационный выбор — в пользу европейской интеграции и отхода от российского влияния.

Борьба за наследие: как решается судьба молдавских святынь

Формально судебный спор касается лишь “права пользования” объектами культурного наследия. Но фактически он определяет, кто будет контролировать историческую религиозную инфраструктуру страны, а значит, влиять на религиозную часть общественности.

Договор 2003 года давал структуре РПЦ значительный общественный и символический ресурс. Фактический контроль над ключевыми храмами на территории Молдовы позволял определять, кто и на каких условиях будет совершать в них богослужения и формировать значительный символический капитал. И церковная структура в лице Молдавской митрополии Московского патриархата, воспринималась как «естественный» владелец исторических святынь страны.

Теперь Бессарабская митрополия получает возможность шаг за шагом добиваться пересмотра этого наследия. Таким образом общины, которые переходят в Бессарабскую митрополию, получают шанс закрепить право пользования своими храмами.

Почему судебное решение важно для Молдовы и Европы в целом

Если решения Апелляционной палаты Молдовы будут последовательно реализованы, страна покажет, что готова соблюдать стандарты Европейского суда по правам человека в сфере свободы вероисповедания, прозрачно управлять государственным культурным наследием, не закрепляя его де-факто за одной религиозной структурой по политическим причинам.

Для Европы это также важный индикатор зрелости страны-кандидата на вступление в ЕС. Вопрос управления культурным наследием и обеспечения равных прав религиозных общин входит в повестку диалога с Молдовой.

Для многочисленных молдавских и русскоязычных диаспор в странах Европейского союза происходящее в Молдове служит важным сигналом. Ситуация поднимает вопросы о том, возможно ли правовыми средствами ограничивать политизированное влияние организаций, связанных с государством-агрессором, и одновременно защищать свободу вероисповедания — особенно там, где общины сознательно дистанцируются от институтов, открыто поддерживающих агрессию.

Эти вопросы актуальны не только для Кишинёва, но и для государств ЕС, где действуют приходы РПЦ и аффилированные с ней структуры. Именно от европейских решений будет зависеть, будут ли религиозные объединения пространством, где права верующих надёжно защищены, или же они продолжат использоваться как канал внешнеполитического влияния.