Несвобода и инструментализация религии в тоталитарных режимах – это всегда большие страдания для простых людей.

Наш ресурс много пишет о тех, кто, спасаясь от репрессий, уехал из России.

Но нам кажется важным зафиксировать данные о тех личностях, кто, озвучивая публичную позицию, остался в России, выбрав страдания. Мы верим, что при кажущейся бессмысленности борьбы одиночек с религиозным тоталитаризмом эти люди создают предпосылки для религиозного очищения и осмысления происходящего. Пусть даже перспектива этого кажется не такой уж близкой.

Первый, о ком хочется вспомнить, – шаман из Якутии Габышев.

На момент написания материала 58-летний историк, общественный активист и, как он сам себя называл, шаман-воин Александр Габышев находится на принудительном лечении в одной из психиатрических клиник России.

Весной 2019 года Габышев отправился пешком в Москву. По дороге он стал медийной фигурой: его встречали сторонники, о нём снимали репортажи, вокруг него формировалась своеобразная протестная символика.

Кадры со словами, что он идет изгонять Путина, набирали миллионные просмотры на Youtube. Его слова, что «Путин – не человек, а демон» стали крылатыми для северных регионов России. В его планы входило совершить обряд на Красной площади, после которого Путин подал бы в отставку. В Чите к моменту его прихода организовали митинг «Россия без Путина».

Возле Улан-Удэ встретилась бурятская делегация единомышленников, среди которых: журналисты, оппозиционные политики, активисты.

Одни воспринимали его как эксцентричного человека, другие – как символ сопротивления власти. Но, бесспорно, власть воспринимала его поход очень серьезно.

Он шёл по обочинам автотрасс с тележкой, нагружённой необходимыми в дороге вещами, включая юрту для ночлега. То, что на пожертвования он сумел купить микроавтобус, и что его всюду встречали сторонники, говорит о поддержке его идей.

Сначала власти отправили на встречу к Габышеву альтернативных провластных шаманов, которые уговаривали его прекратить поход. Его арестовывали, потом отпускали, а когда он в третий раз объявил о походе, в его дом ворвался спецназ и увез в психиатрическую больницу. Он пребывает на принудительном лечении (в советское время диссиденты называли это «карательной психиатрией») уже пять лет. И все это – за намерения зажечь костер на Красной площади, постучать в бубен и кинуть туда конский волос.

Но идея протеста определила дальнейшую судьбу шамана-воина.

Еще один узник – игумен Среднеуральского монастыря Сергий (Николай Романов), который в 2019 году был лишен сана и ныне отбывает срок в колонии.

Николай Романов – представитель скорее строгих, почти изоляционистских настроений в РПЦ, которые всегда и везде поощрялись церковным руководством. Конфликт, который привел к громкому скандалу и тюремному заключению игумена, возник, когда он начал критиковать Путина.

Голос Николая Романова к тому времени был очень громким, он был глубокоуважаемым на Урале монахом. 

Проблемы у него начались, когда он стал обвинять власть в создании «фашистского концлагеря сатаны», а в июне 2020 года записал видео, в котором призвал бойкотировать голосование по поправкам к Конституции.  (Напомним, что масштабные поправки к Конституции РФ, принятые в июле 2020 года, расширили полномочия президента и закрепили «обнуление» президентских сроков, позволив Владимиру Путину снова баллотироваться. – ред.).

«Путин и его окружение – это ширма. Через поправки в Конституцию, через наше добровольное посещение пунктов голосования, не завися от нашего согласия или несогласия (то есть им нужна массовость) будет узаконена рабовладельческая власть. То есть мы добровольно узаконим власть будущего Антихриста и его слуг. Заявляю всем народам России: не ходить на пункты голосования!» – говорил он.

Что интересно, игумен Сергий не принимал цифровизации и технологий, но при этом его монашеская и личная мораль позволили ему стать авторитетом, чьей критики боялись и Путин, и патриарх Кирилл. Сергий назвал патриарха и президента скрытыми врагами России, которые «привели страну к открытому богоборчеству, закрытию храмов, человеконенавистничеству, свою плоть поставили выше вечной жизни», и что он ждёт их совместного покаяния. Сергий назвал протесты в Хабаровском крае «первой ласточкой», добавив, что «ласточки по всей России живут и даже летают над Кремлём». Отца Сергия поддержали все 150 монахинь, в результате чего монастырь был закрыт, а сам игумен получил семь лет колонии.

Карательная психиатрия, используемая по религиозным мотивам, коснулась еще одного человека. Судебный процесс по его делу происходит в Казахстане, но инспирирован он Россией.

Суд в Алматы отправил в психиатрический стационар для прохождения экспертизы бывшего иеромонаха Астанайской и Алматинской епархии Русской православной церкви Иакова Воронцова, который осудил полномасштабное вторжение российских войск в Украину. С февраля Воронцов находится под стражей в СИЗО.

Как сообщала LF, 13 февраля, ночью, в Казахстане был задержан иеромонах Иаков Воронцов, известный своей антивоенной позицией и выступлениями против РПЦ. 

Он получил известность в 2023 году после того, как раскритиковал «специальную военную операцию» России в Украине, а также руководство РПЦ. 

В 2024-ом Воронцов был запрещен в служении и извергнут из сана. На него также завели дело по статье 141 Уголовного кодекса Казахстана («разжигание социальной, национальной, родовой, расовой, сословной или религиозной розни, оскорбление национальной чести и достоинства либо религиозных чувств граждан»). Расследование позднее прекратили за отсутствием состава преступления.

Известно, что несколько лет назад Воронцов пытался создать в Казахстане Православную церковь, не состоящую в подчинении Московского патриархата. Он дважды подавал документы в Минюст на регистрацию, но дважды получал отказ.

Ранее мы писали, что Комиссия США по международной религиозной свободе (USCIRF) включила лишенного сана в Русской православной церкви священника Иакова Воронцова в международную базу данных людей, преследуемых за свою веру.

Это три типичных истории о том, как люди хотели с помощью веры и опираясь на веру сделать свою страну свободнее, счастливее, прозрачнее и честнее. Но они оказались бессильными перед тоталитарным режимом, в котором возможна только та религия, которая выполняет сервисную к власти функцию.

Анна Янсоне