Об этом  речь идет в недавней аналитической публикации на сайте международной правозащитной организация Human Rights Watch, где автор пишет, что репрессии в отношении уйгурского населения в Синьцзян-Уйгурском автономном районе продолжаются, несмотря на снижение глобального внимания к этой теме.

Особую тревогу вызывает положение со свободой вероисповедания. Уйгуры, большинство которых исповедует ислам, по-прежнему сталкиваются с системными ограничениями  религиозной  жизни,  контролем за посещением мечетей, давлением на религиозное образование, запретами  на отдельные формы публичного выражения веры, а также вмешательством государства в семейные и общинные практики.

По оценкам правозащитников, религиозная идентичность уйгуров всё чаще рассматривается китайскими властями через призму «экстремизма» и «сепаратизма». Это позволяет государству оправдывать меры наблюдения, задержания и идеологического контроля. В результате традиционные элементы мусульманской жизни — от религиозного обучения до повседневных культурных практик — оказываются под административным и силовым давлением.

Human Rights Watch подчёркивает, что меры, ранее ассоциировавшиеся с массовыми кампаниями «перевоспитания», не исчезли, а трансформировались в более устойчивую систему контроля. Речь идёт о сочетании уголовного преследования, цифрового наблюдения, принудительного труда и ограничений на культурную и религиозную автономию.

Ранее независимые эксперты ООН также указывали на признаки системного принудительного труда в регионе, отмечая, что подобные практики могут подпадать под квалификацию преступлений против человечности. Власти Китая отвергают эти обвинения, заявляя, что их политика направлена на борьбу с экстремизмом, поддержание стабильности и социально-экономическое развитие Синьцзяна.

Правозащитники предупреждают, что снижение международного внимания не означает улучшения ситуации. Напротив, по их оценке, происходит постепенная нормализация практик, затрагивающих фундаментальные права, включая свободу религии и убеждений.

Предыстория

Ситуация в Синьцзяне привлекла широкое международное внимание после сообщений о массовом помещении уйгуров и представителей других мусульманских меньшинств в так называемые центры «перевоспитания» в 2017–2019 годах. Правозащитные организации, журналистские расследования и международные эксперты утверждали, что речь шла о масштабной системе принудительной идеологической обработки, слежки и давления на религиозную идентичность.

Китайские власти последовательно отрицают обвинения в нарушениях прав человека, называя эти учреждения центрами профессиональной подготовки и частью политики борьбы с терроризмом и экстремизмом. Однако международные наблюдатели указывают, что даже после снижения числа сообщений о массовых лагерях контроль над уйгурским населением не был демонтирован, а был встроен в более долговременную систему управления регионом.