Архимандрит Никанор — один из самых известных и авторитетных священнослужителей Болгарской православной церкви, настоятель монастыря св Косьмы и Дамиана. Он известен своей независимой позицией, откровенным оценками церковных и общественных процессов и готовностью поднимать самые острые темы. Его выступления нередко вызывают широкий общественный резонанс, а мнение внимательно слушают как в церковной среде, так и за ее пределами. В интервью LF архимандрит Никанор размышляет о будущем православия, влиянии Москвы на поместные церкви, войне России против Украины и вызовах, стоящих перед современным христианством.

— Отче, сейчас церкви Диптиха (всеправославного списка) поделены на две части. Одни из них — друзья и младшие партнеры Москвы, вторых принято называть грекофилами, и они хранят единство со Вселенским патриархатом. Есть еще третий круг, который стремится соблюдать баланс, но по факту пользуется бюджетами Москвы. К какой из этих групп относится Болгарская церковь?

— Сегодня все поместные церкви, кроме Московского патриархата, хранят единство со Вселенским патриархатом. Даже непризнанная автокефальная церковь Северной Македонии находится в евхаристическом общении с Фанаром. А Московский патриархат разорвал отношения с древними Константинопольской, Александрийской и Кипрской церквями, а также с Элладской церковью. То есть действительно имеется круг церквей, примкнувших к Москве и поддерживающих ее церковные позиции, но ни одна из них не посмела разорвать евхаристические отношения со Вселенским патриархатом. Можно сказать, что к этой самой группе относится и Болгарская церковь, которая как будто назло Вселенскому патриархату не признает автокефалию ПЦУ, но признала сербский «томос» об автокефалии Северомакедонской церкви. И в то же время болгарский патриарх Даниил поддерживает очень дружественные отношения с патриархом Варфоломеем. Вот такая церковная византийщина…

— Стиль патриаршества того или иного главы церкви определяется тем, учился ли он в Москве, получал ли подарки, получил ли он престол благодаря Москве. Известно, что до избрания ваш патриарх был привержен российским нарративам. Как обстоят дела сейчас?

— Ничего не поменялось — наш патриарх остается кремлевским активом. Он хочет управлять сам по себе, невзирая на позиции остальных архиереев и очень часто наперекор церковному уставу и даже светскому законодательству. Это ему не всегда удается, так как Болгарская церковь управляется коллективно Священным Синодом. На днях без ведома Синода патриарх Даниил пытался повлиять на болгарское правительство, чтобы оно не поддержало санкции против патриарха Кирилла. Но на своем заседании Синод проголосовал за то, что санкции — это не дело церкви, и по сути заблокировал болгарского патриарха.

— Один из наших авторов, анализируя, почему Болгария сейчас на стороне России в вопросе санкций против патриарха Кирилла, сказал следующее: «Болгария — один из примеров нереализованной исторической любви к величию. Но проблема в том, что возвращение к России не приносит величия. Оно лишь воспроизводит старую зависимость, в которой маленькая страна снова надеется получить значение не через собственные идеи, институты и проекты, а через близость к чужой империи». Вы согласны, что позиция по Кириллу — это попытка маленькой нации подать голос против мейнстрима, используя старые связи с Россией как политический инструмент самовыражения?

— Я думаю, что автор этих строк переоценил болгарских русофилов. Они не способны на такую сублимацию. Исторически, хотя российская пропаганда еще с имперского времени была очень успешной, болгары в своей совокупности никогда не были подчинены России. Почти сразу после освобождения от Османской империи российским оружием Болгария разорвала дипломатические отношения со своей освободительницей на десять лет, а потом, во время Первой мировой войны, выступила против нее со своей армией, нанеся русским ряд поражений. Потом, в 1940 году, когда пришлось выбирать между союзом с Германией или с СССР, Болгария без колебаний выбрала первую. Хотя с СССР и не воевала. Перемена пришла потом, после оккупации Болгарии Красной армией, путем репрессий и социальной инженерии. Тогда болгар учили любить СССР больше, чем свою родину. То есть любовь современных болгарских русофилов к России — это ребрендированная любовь к Советскому Союзу. Но всегда были и настоящие болгарские националисты, которые все русское люто ненавидели.

— Удастся ли Болгарской церкви оторваться от России?

— Да, когда пройдет время и наступит смена поколений. И когда болгары увидят и осознают тот факт, что все друзья России на Балканах всегда, как и сейчас, их ненавидят! Посмотрите на бешеную антиболгарскую истерику в Северной Македонии — ее следы ведут на север, в Белград, и оттуда — в Россию.

— В марте 2018 года российский патриарх Кирилл (Владимир Гундяев) устроил публичный скандал и в резком нравоучительном тоне высказал претензии президенту Болгарии Румену Радеву…

— Тогда все наше общество возмутилось поведением российского патриарха. Это была очень большая дипломатическая ошибка Кирилла. Он сильно подставил друзей России в Болгарии.

— В 2023 году Агентство нацбезопасности Болгарии выслало из страны двух священников РПЦ. Как обстоят дела сейчас?

— После их изгнания из Северной Македонии ДАНС (Государственное агентство национальной безопасности Болгарии — LF) было вынуждено реагировать, так как вся оперативная работа велась с болгарской территории. Подворье Московского патриархата в Софии является крупным разведывательным и координационным центром, и его сохранение стало важнейшей задачей российских служб. Это удалось благодаря избранию митрополита Даниила на патриарший престол. Возможно, через труп патриарха Неофита…

— Каким вы видите православие на Балканах? Правильно ли думать, что Сербия всегда будет пророссийской? Какие перспективы уйти от Москвы у Северной Македонии и Черногории?

— Сербия еще на многие десятилетия останется российским сателлитом. По меньшей мере пока сербы не переживут свой империализм и травму от военных неудач в постюгославских войнах. Северная Македония и Черногория связаны с Москвой через Белград. Все сербское влияние у обеих стран — это, по сути, российское влияние. Македонские русофилы люто ненавидят болгар. И напротив — все те в Северной Македонии, кто любит греков, относятся хорошо и к Болгарии. Черногория раньше других будет принята в ЕС, и она быстрее избавится от всего этого кошмара.

— Насколько Балканы проникнуты «русским миром»?

— На Балканах «русский мир» принимает обличье «сербского мира». Но Сербия ссорилась со всеми соседями, и у этого «сербского мира» слишком много врагов. Чего стоит одна Турция, которая «своих» в Боснии и Косово «никогда не бросит».

— Насколько активно на этой территории работает Императорское православное палестинское общество?

— На Балканах оно называется «Балканское Афонское общество». В последнее время его проявления стали менее заметны. Вроде бы оно заморозилось. Видно, санкции работают: нет денег — нет и «порывов к благочестию».

— Хочу привести цитату из вашего недавнего интервью украинскому медиа: «Новый представитель Московского патриархата в нашей стране (речь идет о Владимире Тищуке — ред.) — разведчик в третьем поколении: его отец занимал ту же должность в Софии в 70-х годах прошлого века. Сам он прибыл сюда из столицы шпионажа — Вены — и ведёт себя чрезвычайно осторожно. В отличие от своих предшественников, он тише воды и ниже травы, держится подальше от софитов и почти незаметен. Его роль, похоже, пока заключается в том, чтобы удержать рубеж и не допустить перехода так называемой Русской церкви в Софии полностью в болгарские руки, опасность чего возникла в конце 2023 года». Одна из тем нашего проекта — связь бывшего клира советского периода с советскими службами. Мы убеждены: если бы архиереи принесли публичные извинения, зависимость от Москвы мгновенно бы исчезла. Но пока покаяние принесли только ныне покойные митрополит Хризостом и патриарх Филарет. У вас в 1989 году была создана комиссия, которая раскрывала сотрудничество со службами безопасности. В 2012 году, когда комиссия опубликовала списки епископов с досье ДС, выяснилось, что несколько действующих митрополитов БПЦ были связаны со спецслужбами в социалистический период. Были ли публичные покаяния? Важно ли это, по вашему мнению? Могут ли бывшие связи теперь уже стареньких митрополитов иметь влияние на курс страны?

— Да, некоторые из бывших агентов госбезопасности покаялись в своих действиях. Другие — как, например, один выдающийся богослов — все еще хотят выставлять себя в качестве морального авторитета Церкви и общества. Как говорится, нет большей наглости, чем большевистская. Исторической науке известно, что в 2011 году из 15 митрополитов болгарского Синода 13 являлись сотрудниками болгарской госбезопасности, один — агентом КГБ и только один не имел отношения к этим структурам по причине юного возраста. Невзирая на все «покаяния» со стороны немногих сексотов, ничего не поменялось. Все они остались в зависимости от теневых структур, которые унаследовала госбезопасность. Но ниточки все равно тянутся в Кремль. Он и по сей день диктует все шаги Болгарской церкви!

— После событий 2023 года вокруг Русского подворья в Софии и высылки представителей Московского патриархата из Болгарии усилились подозрения о том, что церковные структуры могут использоваться как инструмент внешнего политического влияния. Насколько, на ваш взгляд, обоснованы утверждения о возможном вмешательстве российских государственных или спецслужб в кадровые и институциональные решения внутри православного пространства Болгарии?

— Не все болгарские архиереи учились в московских духовных школах. Но все те, кто учился там, стали архиереями. Правила не меняются. То, что московские церковные структуры за границей являются разведывательными явками, знают даже дети из воскресной школы. Но западному обывателю сложно понять, какое влияние оказывает на общество московская церковная структура. Оттуда и появляются все эти «консервативные» круги и борцы за «традиционные ценности». Во времена Советского Союза КГБ работал на раскол общества в странах Запада. И все эти «специалисты» в погонах после его распада никуда не делись. Во времена Ельцина была небольшая пауза, но потом они снова оказались востребованными. Только на этот раз не под флагом мировой пролетарской революции, а под церковными хоругвями.

— Есть ли у Болгарской православной церкви и государства реальные механизмы, позволяющие отличать каноническую деятельность от политически мотивированного влияния?

— У государства нет экспертизы по строго каноническим вопросам. Раньше был «церковный» отдел в спецслужбах, но он давно закрыт, а его функции принял на себя «российский» отдел. Была бы такая экспертиза в госорганах, президент Радев получил бы хороший совет в отношении санкций против патриарха Кирилла. Вместо этого, посоветовавшись с патриархом Даниилом, он получил первую волну общественного протеста и презрение со стороны своих западных партнеров. Конечно, у церкви есть нужные механизмы, но она все равно сделает так, как прикажет Кремль.

— И еще один вопрос, который мы задаем всем: может ли церковь повлиять на курс страны? Может ли один приход повлиять на жизнь города или всей церкви?

— Болгарская церковь, несмотря на все заверения о ее роли в создании и укреплении болгарской государственности и национальной идентичности, по сути, является маргинальной сектой, не имеющей ни малейшего влияния на жизнь болгарского народа и деятельность правительства. Часто она используется определенными властными кругами как рупор удобной для них пропаганды. К примеру, так было в отношении Стамбульской конвенции, которая в итоге была отвергнута государством. Со стороны выглядит так, будто церковь сыграла ключевую роль в этом процессе. Но, по сути, она только огласила заранее принятое решение.

Каждый церковный приход может повлиять на жизнь своего города или всей церкви, если его прихожане ведут правильную духовную жизнь, стяжают Божью благодать и становятся подобными Богу. Это вполне возможно и всем по силам.

Анна Янсоне