Нукзар Суаридзе, грузинский журналист, автор фильма «Духовная борьба»

Грузинская православная церковь назвала недопустимым использование имени Гавриила Ургебадзе российским подразделением, воюющим против Украины. Церковь заявила, что не поддерживает оправдание войны его именем.

Это фактически стало первым проявлением недовольства, которое высказала патриархия Грузинской церкви в адрес наглеющей Москвы.

Она сделала своим хобби «мобилизацию мощей», то Дмитрий (Донской) то Александр (Невский), и неловко попыталась включить в список почитаемого у нас Гавриила Ургебадзе — монаха, прославившегося открытым сопротивлением советской власти.

Такие  проявления признак паники. Паника для людей плохо, паника для диктаторских режимов – хорошо, поскольку это осознание их неэффективности и приближающегося конца.

Гавриила Ургебадзе еще называют Гавриил Салоси, как бы Христа ради юродивый. В Грузии, насколько я знаю, нет воинского подразделения или батальона с таким названием. Тогда как возможно, что его имя используют в России. При этом понятно, что руку к этому приложил патриарх Кирилл (Гундяев). Конечно, патриархия Грузинской церковь не могла промолчать, поскольку факт такого присвоения не понял бы никто из паствы, это возмутило журналистов. Но мне кажется эта реакция очень сдержанной, ответить можно и нужно было резче. Нота должна быть направлена предстоятелю РПЦ, это территория Кирилла (Гундяева). 

Я уже не говорю о размытых ответах чиновников на вопросы журналистов, как бы в и там и там гибнут люди.

Хочу напомнить еще об одной ситуации, бывший грузинский прокурор, в прошлом главный обвинитель республики Отар Парцхаладзе (сменивший фамилию на Романов-Парцхаладзе) в сентябре 2026 года официально объявил о создании в России добровольческого интернационального подразделения «Георгиевский» для участия в войне против Украины. Он лично планирует возглавить это формирование в качестве командира.  Отар Парцхаладзе тесно связывал себя с Грузинской православной церковью (ГПЦ) и активно использовал религиозную тематику.

До своего окончательного переезда в Россию он позиционировал себя как глубоко верующий человек, меценат и защитник традиционных православных ценностей, что помогало ему сохранять неформальное влияние в Грузии. Я считаю, что Грузинская церковь должна была осудить такую подлость. Но они промолчали. Ведут себя лукаво, скользко, не отражая чувств грузинского народа.